(function(m,e,t,r,i,k,a){ m[i]=m[i]||function(){(m[i].a=m[i].a||[]).push(arguments)}; m[i].l=1*new Date(); for (var j = 0; j < document.scripts.length; j++) {if (document.scripts[j].src === r) { return; }} k=e.createElement(t),a=e.getElementsByTagName(t)[0],k.async=1,k.src=r,a.parentNode.insertBefore(k,a) })(window, document,'script','https://mc.yandex.ru/metrika/tag.js?id=111808010', 'ym'); ym(111808010, 'init', {ssr:true, webvisor:true, clickmap:true, ecommerce:"dataLayer", referrer: document.referrer, url: location.href, accurateTrackBounce:true, trackLinks:true});

Обвиняемому в сбыте наркотиков наказание в виде 11 лет строгого режима заменено на 4 года общего режима

Апелляционная инстанция существенно смягчила приговор в отношении доверителя, который в суде первой инстанции был признан виновным в двух эпизодах покушения на сбыт наркотических средств в крупном размере (ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ) и осужден к 11 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Дело с самого начала отличалось большим количеством противоречий и процессуальных нарушений. Ряд ключевых вопросов оставались без ответа, доказательства обвинения были неполными и внутренне несогласованными, однако суд первой инстанции фактически проигнорировал доводы защиты. На все указанные в ходе следствия и судебного разбирательства нарушения и логические разрывы не была дана должная оценка. В апелляции защита последовательно указала на необоснованность квалификации действий доверителя как покушения на сбыт по обоим эпизодам, обратила внимание на недопустимость части доказательств, противоречия в показаниях и отсутствие подтверждений умысла на сбыт. Суд апелляционной инстанции подошел к рассмотрению жалобы значительно более тщательно: один из эпизодов сбыта был прекращен в связи с непричастностью доверителя, по второму эпизоду суд переквалифицировал обвинение на хранение наркотических средств без цели сбыта. Итоговое наказание снижено до 4 лет лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима.